Все прошедшие месяцы прошли в мучительном осмыслении знаний о мире. Как будто каждый день границы расширяются до горизонта, а на следующее утро оказывается, что это был не горизонт, а лишь предел проникновения во мрак света фонарика. Что же теперь? Чем больше закономерностей и законов удается зафиксировать, тем понятнее, что регистрация этих законов не сверхзадача. Понятно, что хоть политическое поведение наций, хоть складывание звуков в новое слово порождаются массовым сознанием. Но механизм создания новых форм (будь то новое слово или новый архетип) этим массовым сознанием мне недоступен. Религия под таким механизмом имела в виду «промысел божий» (при возникновении ситуации, когда должны наложиться 2 поведенческие модели, возобладает та, которую выберет «бог» или «природа»). Для науки работа этого механизма сродни процессу логического построения (когда 2 изначальные модели накладываются друг на друга, нужно с помощью логических умозаключений выявить третью, тогда мы узнаем как в результате поведет себя общество). Но очевидно, что и логическое рассуждение, и вера во внешнюю преобразующую силу лишь проявления массового сознания, но не его сущность. Тут нужно найти закономерность, не опираясь на логику. А это сродни созданию искусственного интеллекта традиционными научными методами – это невозможно, ведь интеллект человека не работает по законам научной логики! логика – это тоже один из инструментов, но не сам механизм. Если бы удалось найти эту закономерность и выразить ее категориями человеческого мышления, то разгадка, например, появления новых культурных форм или работы интеллекта стала бы делом времени.

Ближе всего к природе этой закономерности, как мне кажется, природа человеческой интуиции, когда подсознание особым способом выбирает из огромной базы суждений, фактов, архетипов два (или более) элемента и устанавливает между ними связь. Это действие не подчинено логике хотя бы потому, что данные, из которых выбирает интуиция, никогда нельзя будет классифицировать, а классификация (пусть даже неполная) необходима для любых логических построений.

Так или иначе, если дешифровать эту закономерность, то это будет большой прорыв для человечества, и огромное разочарование для каждого отдельного человека. Раньше человек верил, что устройство мира и собственные поступки – проявление воли бога или дьявола, которые тем самым делают каждого живущего человека значимым (человек как поле битвы добра и зла). Затем человек поверил в науку, в то что усилием разума (т.е. логики) вполне реально найти универсальные законы в хаосе и перестроить хаотичную реальность сообразно своим целям, таким образом каждый живущий человек ценен, так как способен своим мыслительным усилием поменять мир. Этот подход не стал универсальной истиной, потому что, во-первых, до сих пор множество людей несмотря на всю мощь европейской цивилизации (чья сущность - преклонение перед наукой и техницизмом) предпочитают науке религию, во-вторых потому что более менее крупные попытки переустройства мира по искусственным, рожденным разумом моделям (фашизм, коммунизм), потерпели полный крах.
Когда третья закономерность будет дешифрована, станет ясно, что каждый человек в отдельности ничтожен, и его влияние на массовое сознание (а значит и на историю) близко к нулю. Получается и Августин Блаженный, и Наполеон не были историческими фигурами, действующими по собственному или божественному помышлению и изменившими своими действиями историю, а манекенами, выразившими собой видоизменявшееся веками человеческое сознание. Единственный способ влияния на историю, таким образом, - это изменение собственного поведения в надежде на то, что некоторое количество людей за тобой последует, и этот сдвиг на большом отрезке времени немного видоизменит массовое сознание. Сам человек как личность не способен изменить мир сколько-нибудь больше, чем в него заложило массовое сознание человечества и никогда не сделает больше того, сколько оно от него ожидает.